СЕРЕБРЯНЫЙ ВЕК?

Серебряный век русского рока провозгласил отбывший накануне в Южное полушарие и записавший заранее серию передач «Хижина деда Тёмы», муз. критик Троицкий Артемий. В качестве подтверждения он назвал питерскую группу Shortparis. 

Collapse )

КАК ВАРИАНТ

Единственная моя мелодия на которую — так уж получилось — написано 3 текста — 2 на английском («All Rights Reserved» и "Life in New York") и один на русском. С родным языком в смысле песен у меня не складывается. Последнее время просто балдею от сочинения лирики на английском, а вот на языке Пушкина с Достоевским как-то не получается. Судите сами — просто шансон какой-то, прости господи

Вот

БЕЛОЕ НА ГОЛУБОМ ИЛИ СЕРОЕ НА СЕРОМ

Прежде чем опубликовать третье эссе, последнюю часть триптиха, напомню, что явилось причиной того, что я начал делиться местами пафосными, местами сентиментальными мыслями о родном городе. А было так — в очередной раз посетив Сортавала, я обнаружил на месте дома, где провел свое детство вот эти развалины

Collapse )

ВМЕСТО СУСАНИНА

Один мой хороший знакомый, профессор географии с мировым именем, однажды попросил меня провести экскурсию по Сортавала. 

Он прочел мою статью об этом городе в независимом научном журнале Acta Eurasica за 2008 г. и невольно сравнивал то, что увидел, с моим текстом. После прогулки по городу, он честно признался, что ожидал от города большего. Еще один специалист, местный архитектор, как-то осадил пыл тех сортавальцев, которые излишне восторженно говорили об архитектуре Сортавала. Он заметил, что финские зодчие ничего уникального в городе не построили. То что мы видим — это стандартные здания Финляндии образца первых 4-х десятилетий 20-го века. На это я могу сказать только следующее — чтобы оценить все достоинства и всю прелесть моего города, нужно здесь родиться и вырасти.

Солнце. Много солнца. Белые дома. Голубое небо и синее море. Корабли и чайки над мостом. Южный портовый город? Нет. Обман зрения. Детского зрения. Этот сладкий самообман еще больше усилится, когда я научусь читать и увижу франко-итальянские цветные приключенческие фильмы 1960-х годов. Средиземноморье. Свежевыстиранное белье полощется в подкрашенном синькой просторе, моментально высыхая на веревке, протянутой от стены до стены, от балкона к балкону. 

Collapse )

ИГРА В УШКИ

Этого дома больше нет. Его снесли в начале октября нынешнего года. Я провел в нем первые 10 лет своей жизни, думаю, лучшие из них. 

г. Сортавала, ул. Пушкина, 8
г. Сортавала, ул. Пушкина, 8

Более 60-ти лет для временно построенного силами рабочих вагонного депо г. Сортавала дома, даже по российским меркам, оказалось многовато. Подсчитать возраст не трудно — ведь он мой ровесник! Невозможно описать те чувства, которые я испытал увидев развалины родного дома, поэтому начинаю публикацию серии небольших сочинений, почти одинаковых по содержанию, написанных тоже уже довольно давно. Прошу лишь принять во внимание дату этих записок (2005). Кое что с тех пор изменилось.

Жажду путешествий, до сих пор не утоленную, я приобрел, видимо, от деда по материнской линии, Пааво. А он, в свою очередь от своего отца, жителя финского города Тампере, Рудольфа Сунелл. Дом, построенный им на бывшей рабочей окраине, а ныне престижном, близком к центру районе Ярвенсиву, до недавних пор еще стоял на своем исконном месте. Но прадеду не сиделось в родном городе и он, прихватив маленького Пааво, уехал за океан, где поселился в небольшом городке штата Иллинойс близ Чикаго. В Америке тоже не складывалось, и он опять вернулся на родину. Мой дед стал работать на текстильной фабрике, когда ему исполнилось 10 лет. Ныне это здание перестроено под гостиницу и соседствует с живописной стоянкой катеров и яхт на озере Няссиярви. 

Collapse )

В ПОГОНЕ ЗА ЛАЙКАМИ ВСЕ РАВНЫ

Это началось несколько лет назад, с появлением двух альбомов «Соль» и «Время Н». Вроде бы все было как прежде, но что-то изменилось. Прибавилось гражданственного пафоса, и поубавилось красоты. Настораживали хвалебные отзывы Артемия Троицкого, долгие годы подвергавшего критике нашего героя за отсутствие этого самого пафоса. Никто не заметил, что стала исчезать утонченность как мелодий, так и текстов. При этом в разы усилилась народная любовь к этому элитарному певцу для интеллигентной молодежи. Поднявшемуся на башню из слоновой кости, путь к всенародной славе указывает интернет. Главное вовремя вставить соленое словцо. Наконец-то пришло долгожданное понимание! Певец, которому всегда было чуждо прямое высказывание, вдруг стал понятен всем. Никто не знал, кто такой Сувлехиим Такан, Гарсон №2 или Тайный Узбек, а вот в Вечернем Мудозвоне Соловьева распознали все. Заслуживает ли телеведущий такого внимание со стороны гордости нации – это отдельный вопрос. Я допускаю, что песенку эту можно рассматривать как зарисовку, почти импровизацию, и она даже не войдет в следующий альбом. Но тенденция, как было уже отмечено, наметилась гораздо раньше. Этот тренд показывает, что даже большому художнику трудно пройти между Сциллой социально-политической злободневности и Харибдой красоты и вечных ценностей. И когда широкие народные массы пользователей и рафинированные критики сливаются в дружном рукоплескании, стоит задуматься – той ли дорогой идет товарищ?